Казань: мафия и полиция против народа | Леворадикал

Казань: мафия и полиция против народа

Казань мафия и полиция против народа

Фото из архива ВК: Прошлой зимой Игорь Сапатов показывал нам застройку заповедной зоны…

«Я часто думаю: как ты не боишься? Писать про все про это…» — говорил Игорь при каждой встрече.  Я не чувствовала, что он говорит о себе, что сам живет в состоянии реальной опасности. Отшучивалась, возражала: «Ничего страшного — ты же не боишься». Он улыбался. Цена его небоязни была серьезной, и он ее заплатил. Вечером 18 июля Игоря Сапатова убили.

Игорю Сапатову было 40 лет, он жил в Теньках — живописнейшем месте возле Камского Устья. Прозвище у него было — Шрек: и внешне был похож на того симпатичного великана из мультфильма, и жил своеобразно — на отшибе, ведя с семьей едва ли не натуральное хозяйство. Приговаривал: «Денег много не надо, самого хорошего за деньги не получишь». Телевизор не смотрел, в свободные часы сидел в Интернете.

Лет пять назад жители Теньков написали коллективные петиции в Роснедвижимость, Росприроднадзор, министру внутренних дел и президенту России. О махинациях с «особо охраняемыми природными территориями» по берегам Камы и Волги. Как под прикрытием права сельчан на приоритетное получение земли без их ведома на них оформляются прибрежные участки, как потом эти участки перепродаются богачам, для которых здесь, в заповедной зоне, строятся 2 — 3-этажные терема и каналы, перекапывается берег и перекрывается доступ к реке для всех, кроме этой «элиты»…

На это никакой внятной реакции правоохранителей не последовало; жители Теньков, поняв, что защиты не будет, больше, по выражению Игоря, «не мяукали». А он продолжал жаловаться. Писал и о краденых из местного лесничества саженцах, которыми «облагораживаются» эти краденые земли… И прямо называл выгодоприобретателя: краденые земли, рассказывал он, застраивает на продажу компания «Сувар» — один из крупных операторов дорогой недвижимости в Татарстане.

В 2009-м дом Сапатова пытались поджечь, ему подбрасывали патроны (к счастью, обнаружил их первым), подсылали убийцу с ножом на белой «Тойоте» (ничего себе авто для сельской глуши)… Смерть от ножа идеально вписывалась бы в удобную концепцию «бытовухи», а о том, что убийцу привезли на дорогой иномарке, рассказать было бы некому — но тогда обошлось ранением: Игоря выручили навыки самбо. А возбужденные-таки по этим случаям уголовные дела были вскоре закрыты «за отсутствием подозреваемых». «ВК» писала об этом дважды («Землю у реки уже начали поливать кровью», 29 января 2010 г. и «Заповедник и его обитатели», 10 февраля 2012 г.).

Подпишитесь на нас в telegram

Как мы с Игорем познакомились — это тоже примечательная история. Он приехал в МВД РТ жаловаться на эту уголовщину с землей, на круговую поруку правоохранителей и захватчиков, и большой чин из МВД его послал… в «Вечернюю Казань». По-доброму объяснив, что сами они в этой ситуации ничего поделать не могут, но вот если будет публикация, гласность — тогда, может быть…

И он продолжал, как сам определял свою деятельность, «шуметь». Писал на антикоррупционные сайты в Интернете: «Был осуществлен захват участков, в основном прибрежной полосы. Также был отобран у школьников Теньковской средней школы подсобный участок, на котором они выращивали картофель для своей столовой, участок у фермера и много других участков, в основном у пенсионеров. Все попытки обращения в полицию, прокуратуру, администрацию района, суд заканчивались полным бездействием властей. При попытках обращения на более высокие уровни дела спускались обратно в район».

Вообще, живя на реке и держа глаза раскрытыми, Сапатов замечал удивительные вещи. Например, как-то рассказал мне: «Помнишь исчезновение Чуба? (Борис Чуб — бывший совладелец и топ-менеджер «Сувара» — пропал в 2008 году вскоре после ареста числившегося в «Суваре» Радика «Дракона» Юсупова. По официальной версии, Чуб во время рыбалки упал со своего катера и утонул. — М.Ю.). Так вот я в те дни работал на берегу и видел, как отплывал его катер. И знаешь, на борту никого не было! Я еще удивился: как так?! А оказывается, есть такие системы управления, вроде автопилота… Так вот, он не падал с катера. Если он мертвый, то его убили на берегу». Я спрашивала Игоря, рассказывал ли он об этом кому-нибудь, тот отмахивался: «Вроде нет»…

В прошлый четверг жительница Теньков Луиза Батаева в последний раз видела Игоря живым.

— Я возвращалась из Камского Устья, и он меня подвез, — рассказала мне Луиза Тихоновна. — Ехал из суда, похоже, опять проиграл… Я ему: «Отступись, Игорь! Ну хватит, отступись!». А он: «Думаешь, Тихоновна?.. Нет, не отступлюсь». А вечером они с сыном — Саша на тракторе, он на «ГАЗе», — поехали за песком. Не для себя, он на нашей общей улице ямы засыпал… Сын, пока его ждал на дороге, увидал кого-то в кустах, когда Игорь подъехал с песком, сказал ему: «Папа, там кто-то прячется». Пошли посмотреть, а тот выскочил — и стрелять!

Игорь толкнул сына в сторону села, а сам побежал в другую — в поля. Саша добежал до соседей, сосед завел машину, и они поехали на выручку… Далеко в поле они нашли Игоря — мертвого, в крови. Он был сильным и бежал до последнего даже раненый, уводил убийцу от жилья.

«Понаехало полицейских, следователей… — говорит соседка. — До трех утра он так и лежал в поле, весь в крови». На мой вопрос, с чем местные связывают это убийство, она без колебаний отвечает, что только с его борьбой против захвата этих земель, кто бы ни были эти захватчики:

— Это же самая настоящая мафия! И разве к ним кто-то решится подойти, сказать: а не ваших ли рук это дело?! Ему все говорили: «Игорь, отступись, не связывайся ты с ними!» — «Нет, я их сковырну». Да разве таких сковырнешь?!

А местный предприниматель и депутат-оппозиционер Наиль Сиразаев, который тоже много лет пытается разоблачить районные коррупционные схемы, вспоминает, как 25 июня в последний раз был по этому поводу на приеме в МВД в Казани:

— Я им так и сказал: у нас в Камско-Устьинском районе уже ситуация, как в Кущевке, разве что пока не стреляют… А теперь вот, видите… На похоронах мать Игоря тетя Оля прощалась перед тем, как гроб закрыть, сказала — все слышали: «Ты уж больше к суваровцам не ходи, это злые люди».

«Всех нас в прокуратуре допросили, и сына, и дочку… — рассказала мне жена Игоря. — Раскроют ли его убийство, не знаю. Не уверена». На вопрос, как они теперь будут жить без кормильца, отвечает: «Как-нибудь, я ведь работаю. Лишь бы с детьми…». Она не договаривает, что — «лишь бы с детьми», и так понятно: лишь бы те сволочи, что убили Игоря, не решили, что дети — свидетели…

Саша в этом году пойдет в 10-й класс, Лиза — в 11-й. Лена работает в приюте, доход понятно какой. Товарищи Игоря, местные предприниматели, уже договорились, как будут помогать семье.

Начальник ОВД Камско-Устьинского района Эдуард Идиятуллин заявил «ВК», что никакой информации о ходе расследования дать не может: «Это дело в следственном управлении СКР, обращайтесь туда». В пресс-службе СУ СКР по РТ вчера обрадовали было, что информация вот-вот будет готова, но затем перестали отвечать на звонки.

Правоохранителям стоило бы посочувствовать: что в самом деле им отвечать в такой ситуации? Да еще и после того, как столько лет не реагировали на призывы нынешней жертвы о помощи…

Они у нас на службе режиму защищены, как ни один  гражданин. Упал при разгоне митинга на Болотной, потерял кусочек зубной эмали —  получи в благодарность квартирку, а те, кто просто оттолкнул защитника режима, получают уголовные дела. Да, особая ответственность за любое посягательство на сотрудника правоохранительных органов — норма цивилизованного мира. Но в цивилизованном мире это плата за то, что сотрудник  правоохранительных органов, рискуя собой, защищает всех граждан. Наши же знают: делая, как велено, ничем не рискуешь.

Ни возбудив заказное уголовное дело, ни замяв реальное преступление, не отвечаешь. Можешь того, кто рассказывает о коррупции, послать в газету, а можешь просто послать — не отвечаешь. Отвечают те, кому приходится бороться без их помощи и защиты. И кто-то отвечает испорченной жизнью, а вот Игорь Сапатов ответил просто жизнью. Коррупция   не просто кража с использованием властного ресурса, коррупция убивает тех, кто старается помешать красть.

«Люди-то это все знают! А сидят, молчат… Может, это просто я дурак? Может, никому и не нужно, что я все это говорю и делаю?» — сказал он при нашей последней встрече. Дело было зимой, вокруг было очень ясно и очень холодно, и то ли воздух от этого приобретал какие-то особые свойства, то ли это особенность местного рельефа — не знаю, а только слова разносились далеко и возвращались, как мячик, ударившийся о невидимую стену. Как будто мы в абсолютно пустом помещении. «Знают»… «Молчат»… «Никому не нужно»…

«Вечерняя Казань»

Другие записи из рубрики...

Добавить комментарий

Войти с помощью: 
Подробнее:
В Польше коммунистическую символику приравняли к нацистской.

Польская буржуазия продолжает яростное наступление на пролетариат. Сейм Польши принял решение о приравнивании коммунистической символики к нацистской. Теперь польская полиция бросает в тюрьму не только коммунистов, но и тех, кто посмел считать советскую символику...

Закрыть