Мэри Джонс: самая опасная женщина США | Леворадикал

Мэри Джонс: самая опасная женщина США

Старушка на фотографии — Мэри Харрис Джонс (1837-1930). Больше известна как матушка Джонс. Она только на вид божий одуванчик. На самом деле, сам президент Теодор Рузвельт имел полное право назвать ее «самой опасной женщиной Америки».
Действительно: неимоверное число забастовок, революция в Мексике, несколько тюремных сроков, обвинения в заговоре, подготовке убийства и убийстве (последнее обвинение ей едва не предъявили, когда ей было за 80).
Соратники и друзья называли Мэри матушкой Джонс и, как и президент, имели на то полное право.
Ниже — компиляция из нескольких статей и ее автобиографии.

В высшей степени поучительная история.

Жизнь этой женщины была, в общем-то, складывалась поначалу весьма обыденно. Родилась в семье ирландского иммигранта, работала учительницей, затем создала швейную мастерскую. Вышла замуж за рабочего-металлурга, активного участника профсоюзного движения, мастерскую оставила из-за постоянных разъездов. Овдовела и лишилась детей во время эпидемии желтой лихорадки 1867 г. Вновь вернулась к любимому ремеслу швеи и, надо сказать, неплохо устроилась: имела богатую клиентуру в Чикаго. Особого интереса к политике не проявляла.
Все поменялось в 1871 г. после «Великого пожара», когда Джонс присоединяется к организации «Рыцари труда».


(основатели «Рыцарей труда», фото 1886 г.)

В США полным ходом шла промышленная революция. Из иммигрантов и разорившихся фермеров образовывались огромные резервы рабочей силы для уголедобычи и металлургии. Они работали в жутких условиях и получали нищенскую плату.
Мэри ездила по всей стране, организовывала забастовки, помогала их участникам.
В 1877 г. она помогала в организации забастовки железнодорожников в Питтсбурге и Балтиморе.
Накал страстей там был не шуточный. О том, до какой степени дошло взаимное ожесточение сторон, можно судить по картинкам ниже:


(Забастовка в Балтиморе)

(Уличные бои там же)

(Депо, сожженное забастовщиками в Питтсбурге)

С 1880 г. она проводит просветительские лекции. Ее девизом становятся слова: «Садись и читай. Готовься к будущим сражениям»

1 мая 1886 г. профсоюзы проводят в Чикаго забастовку под лозунгом восьмичасового рабочего дня. Через два дня забастовка перерастает в стычки с полицией, гибнут двое забастовщиков, несколько человек ранены. 4-го мая под влиянием листовок, утверждавших, что рабочие были убиты по приказу фабрикантов, тысячи рабочих собираются в Чикаго на Хэймаркет-сквер для митинга.
Поначалу участники сохраняли спокойствие, но когда полиция приказала разойтись и построившись в боевой порядок стала наступать на толпу, из толпы бросили бомбу, убившую полицейского (еще семеро полицейских скончались позже). Полиция открыла огонь от которого погибли 11 человек. Многие раненые не рискнули обратиться за помощью, боясь ареста.


(Взрыв во время демонстрации)

(Казнь анархистов, обвиненных в беспорядках)

Этот день Джонс стала считать днем своего рождения (кстати, в своей автобиографии она называет годом своего рождения не 1837, как это принято в литературе, а 1830; по предположению одного из авторов, она сдвинула дату своего рождения, чтобы усилить свой образ старухи).
Крупнейшие забастовки, в которых участвовала Мэри Джонс – забастовка железнодорожников в Бирмингеме (Алабама) в 1894 г., забастовка шахтеров в Пенсильвании в 1902, забастовка шахтеров в Ладлоу (1913), общенациональная забастовка металлургов в 1919.
В промежутках между этими событиями в ее политической биографии были забастовки домашней прислуги, работников шелкопрядильных фабрик, ткачей, пивоваров и таксистов.
О себе она говорила: «Я не гуманист, я исчадие ада». Другое ее известное изречение: «Молитесь о мертвых и деритесь как черти за живых»
Она предупреждала шахтеров о том, что доверять церкви не стоит, поскольку церкви принадлежат хозяевам и они же платят священникам. Один священник требовал, чтобы она прекратила митинг в доме Божием. На что она ответила:

«О нет, это не дом Божий. Это дом угольной компании. Господь Всемогущий никогда не пришел бы в место, подобное этому».
Сама Джонс была католичкой, но никогда особенно не афишировала этот факт, поскольку считала, что официальная церковь исказила представления о Христе, который был подлинным революционером, который скорее умер бы, чем предал бедных.


«Молитесь о мертвых и деритесь как черти за живых»

В 1902 г. 20 июня она была арестована на митинге в Клаксбурге, Западная Виргиния. Когда она узнала, что ее намерены держать под арестом в гостиничном номере, она потребовала, чтобы ее перевели в тюрьму наравне с прочими. Позже ее неоднократно будут арестовывать и изгонять из городов, куда она вновь и вновь будет возвращаться.
Мэри активно вовлекала в забастовки жен и детей рабочих. Вместе с отцами семейств они стояли в пикетах и шли на демонстрациях. Женщинам она советовала не бояться ареста, а если их все же арестуют, радоваться и петь, да погромче, чтобы полицейским это надоело и они поскорее их отпустили.
Что касается детей, то Джонс боролась против использования их труда, особенно начиная со времени нескольких забастовок на текстильных фабриках в 1903 г.
Она описывает поразивший ее облик детей:
«Маленькие девочки и мальчики босиком ходят между станков и налаживают их механизмы (их маленькие руки легко проникают вовнутрь). Залазят под машины, чтобы смазать их. Дети шести лет отроду с лицами шестидесятилетних стариков работают по восемь часов за десять центов в день»
Особенно сильное впечатление на Мэри произвели масштабы травматизма среди детей: отсутствие пальцев, кистей рук или ступней – обычное дело.

Первоначально она попыталась добиться внимания к этой проблеме среди журналистов, но они отказались, объяснив, что владельцы текстильных фабрик владеют большой долей акций их газет. На это Мэри ответила, что она – один из акционеров детей и владеет большой долей их интересов, и позаботится об огласке нужных фактов сама. Первым шагом стал митинг детей во главе с Джонс перед зданием мэрии Кенсингтона, Пенсильвания. После того, как городские власти попросту закрыли поплотнее окна, чтобы им не мешал их шум, она устроила знаменитый крестовый поход детей к президенту Теодору Рузвельту.
Вопреки всем попыткам задержать крестоносцев (полицейские, которым давали соответствующие приказы, не нашли силы переступить через себя и поднять руку на детей; были случаи, когда вместо ареста они давали им ночлег и пищу) Джонс во главе своей армии прибыла под окна Белого дома и устроила там митинг.


(Джонс и дети забастовщиков в Ладлоу, 1913)

Лозунги детей были «Нам нужно время для игр!» и «Мы хотим ходить в школу!». Лейтмотивом выступлений Джонс были ее слова:
«Детский труд – лучшее средство для наполнения тюрем, сумасшедших домов, богаделен, колоний для малолетних, трущоб и питейных заведений. Это средство более действенно, чем все те, которые предпринимаются реформаторами для исправления общества».

Другая проблема, которой Мэри со временем озаботилась – положение мексиканских рабочих. Она помогала им в создании профсоюзов, организации забастовок и собирала пожертвования для нужд мексиканских революционеров, которые готовились к свержению диктатора Диаса. После этого переворота она посетила Мексику по приглашению нового президента – Франциско Мадеро.

В возрасте семидесяти шести лет Мэри Джонс была приговорена военным судом за заговор с целью подготовки убийства и осуждена на двадцать лет. Шум, который вызвало все это дело, заставил власти начать расследование условий труда на шахтах, а вновь избранный губернатор Западной Виргинии приказал освободить Джонс. Она тут же вернулась к борьбе и отправилась в Колорадо, где выступила на митинге, сказав:

«Встаньте и сражайтесь, сражайтесь до последнего. Мы пойдем вместе и не сдадимся! Ребятки, помните: если у вас нет профсоюза, ни хрена у вас нет (you ain’t got a damn thing)!»

Мэри Джонс арестовывали еще несколько раз: в частных тюрьмах компаний и дважды заключали в тюрьму официально. Один раз ей относительно повезло: два месяца в тюремной больнице. Другой раз меньше – почти месяц в настоящей камере, в полуподвальном помещении. После того заключения, ее выгнали из города, куда она тут же вернулась на поезде с бастующими железнодорожниками.

В 1924 г. ее судили за клевету, оскорбления и подстрекательство к мятежу. В следующем году издатель «Чикаго Таймс» выиграл у нее иск на фантастическую сумму: 350 000 долларов.
В этом же году на нее напали два бандита, когда она гостила у друзей. Она отбивалась, заставила одного спасаться бегством, а другого серьезно ранила. От полученных травм он, мужчина пятидесяти четырех лет, скончался. Причиной стала травма головы от удара черным кожаным ботинком, одним из тех, что были частью фирменного стиля Мэри. Ее арестовали, но вскоре решили замять дело: выяснилось, что бандиты были связаны с одним из местных бизнесменов. Надо сказать, что в конце своей жизни Джонс пользовалась определенным авторитетом и уважением официальных политиков. Сохранилась ее фото с президентом Гувером:

Последний раз она выступала публично в 1926 г. После этого она появилась на публике только в 1930, во время празднования своего столетнего юбилея (на самом деле, ей исполнилось девяносто два года)

Здесь есть фрагмент выступления Джонс на ее столетнем юбилее: http://aflcionc.org/blog/2009/05/01/1364/

источник

Другие записи из рубрики...

Добавить комментарий

Войти с помощью: 
Подробнее:
Турция 22 июня 2013 года. Поминки переросли в бойню

22 июня содружество Таксима призвало всех желающих собраться с гвоздиками в руках и почтить память погибших в этой борьбе. Собралось очень много людей... Но где-то через час полиция начала вещать: "Вы загромождаете открытую для...

Закрыть