К вопросу о характере Второй Мировой войны (приглашение к дискуссии) | Леворадикал

К вопросу о характере Второй Мировой войны (приглашение к дискуссии)

73 года назад окончилась Вторая Мировая война 1939-1945 гг. – крупнейший и самый разрушительный вооруженный конфликт в истории человечества. Не случайно, что события этой войны являются центром пристального внимания историков, политологов, журналистов, общественных деятелей, а также всех, интересующихся историей человечества. При этом оценки этой войны даются зачастую противоположные. Дискуссии не утихают…

Думается, что и сторонники левой идеи, прежде всего, марксисты, должны принять в этих обсуждениях активное участие и выработать в ходе них свою, аргументированную точку зрения. Ведь по вопросу о характере и сущности Первой Мировой войны 1914 – 198 гг. в левом лагере (за исключением партий и лиц, лишь формально называющих себя «левыми», «коммунистическими» и «социалистическими», а на деле скатившимися на самый крайний правый фланг и смыкающихся с т.н. «патриотическими оборонцами») споров нет. Эта война признается империалистической, захватнической и несправедливой, выгодной крупным капиталистам, правящей бюрократии и военщине всех сторон-участниц конфликта. Поэтому ответственность за развязывание войны равным образом лежит как на Центральных державах, так и на странах Антанты, преследовавших своекорыстные интересы. Трудящимся же цели войны были глубоко чужды, они оказались вовлечены в бессмысленную бойню, за которую заплатили страшную цену…

Однако когда мы говорим о событиях Второй Мировой войны, такого единодушия и четкой, однозначной оценки в левом лагере уже нет. Особенно это касается российских левых, многие из которых фактически продолжают некритически воспроизводить положения советской историографии о сущности Второй Мировой войны. Речь не идет о том, что советскую трактовку сущности Второй Мировой войны нужно огульно очернять и отбрасывать, как поступают некоторые представители либерализма. Речь идет о том, что при ее оценке (как и при оценке любой другой историографии) нужен такой же критический подход, который является обязательным не только для историка, но и для любого мыслящего человека. К сожалению, при оценке событий Второй Мировой войны пишущие о них очень часто руководствуются эмоциями и «соображениями политического момента» в ущерб объективному и беспристрастному анализу.

Конечно, в небольшой статье невозможно в полной мере раскрыть все аспекты, связанные с сущностью Второй Мировой войны, поэтому данный небольшой очерк можно рассматривать как приглашение к серьезной, вдумчивой и открытой дискуссии.

То, что со стороны стран Оси (Германия, Италия, Япония и их сателлиты-союзники) война носила империалистический, захватнический, агрессивный характер сомнению не подлежит. Решения Нюрнбергского и Токийского международных трибуналов осудили преступления и зверства, чинимые нацистами, фашистами и японскими милитаристами в ходе Второй Мировой войны.

Но следует ли из этого, что со стороны Антигитлеровской коалиции война носила сугубо оборонительный и справедливый характер? Что страны, воевавшие против Оси, являлись безусловными невинными жертвами агрессии? Для этого, нам надо понять, что же собой представляли страны Коалиции (или «Объединенные нации», как они сами себя называли) и какие цели они преследовали накануне и в ходе войны.

Для этого нам придется совершить небольшой экскурс в историю. Как известно, главными победителями, «бенефициарами» империалистической Первой Мировой войны являлись две крупнейшие колониальные державы того времени – Великобритания (Соединенное Королевство) и Франция. Они сумели не только отстоять свои владения в Европе и в колониях, но и существенно их прирастить в результате раздела Германской и Османской империй. Так, Британская империя (являвшаяся и до 1914 г. крупнейшим государством мира, при этом англичане составляли лишь ничтожную часть ее населения) по условиям Версальского договора увеличилась на 4 662 000 км² и на 13 миллионов человек, достигнув максимального расширения за всю свою историю. Ее владения располагались в Европе, Азии, Америке, Африке и Океании.

Французская колониальная империя уступала лишь Британской и также располагалась во всех частях света. После победы в Первой мировой войне Франция увеличила площадь Империи на 625 тыс. кв. км с населением 5,5 млн чел. Более того, после коллапса Германской, Австро-Венгерской и Российской империй Франция стала сильнейшей державой на Европейском континенте и активно пыталась играть роль гегемона в межвоенный период.

Правящие круги Великобритании и Франции были заинтересованы, прежде всего, в сохранении существующего положения, в закреплении Версальской системы на десятилетия, в защите своих колониальных владений, обеспечивавших получение элитой этих государств сверхприбылей (часть из которых использовалась, в том числе, для проведения социальных реформ в метрополиях в целью «покупки» лояльности трудящихся масс, в т.ч. рабочего класса). Именно на сохранение выгодного для них status quo и были направлены все усилия англо-французских политиков в межвоенное время.

Подпишитесь на нас в telegram

В некоторой «тени» двух «великих держав» оставалась третья крупная империалистическая держава-победительница – Соединенные Штаты Америки. Уже в середине 1890-х гг. США вышли на первое место в мире по объему промышленного производства, к началу Первой Мировой войны ВВП этой страны превышал треть мирового ВВП и вплотную приближался к половине. Правда, экономическая мощь не сразу конвертировалась в мощь политическую. Довольно долгое время у США не было сильной армии и военно-морского флота, сопоставимого с вооруженными силами ведущих европейских держав, вследствие чего эта страна была как бы «выключена» из большой политики. Тем не менее, в конце XIX – начале XX вв. США также включаются в «гонку» по империалистическому разделу мира и захватывают первые колонии (Гавайи, а также отбитые у испанцев Филиппины, Пуэрто-Рико, Гуам), искусно сочетая дипломатию «большой дубинки» и «большого доллара» ставят под контроль государства Карибского бассейна и Центральной Америки и начинают проникать в Южную Америку. Приняв участие в Первой Мировой войне на стороне Антанты на заключительном этапе, американская правящая элита направила свои войска на европейский театр военных действий, а затем попыталась принять участие в разделе «наследства» Российской и Османской империй. Правда, успехом эти попытки не увенчались во многом вследствие противодействия англо-французских империалистов и неготовности США по целому ряду причин к борьбе за мировую гегемонию в конце 10-х – начале 20-х гг. прошлого века.

Межвоенный период истории США часто называют «временем изоляционизма», но это не совсем так. Американская элита продолжала удерживать приобретенные на рубеже веков колонии, а также активно вмешиваться в дела латиноамериканских государств (в том числе военным путем). Правящая элита Соединенных Штатов начинает рассматривать Атлантику и Тихоокеанский регион в качестве своей потенциальной «сферы влияния» и готовится к тому, чтобы подкрепить свои притязания военной силой. Впрочем, как и в 1914-1917 гг., американский правящий класс предпочитал выжидать, подыскивая наиболее удобный момент для включения в борьбу за империалистический передел мира.

Ну а что же другие европейские державы? Как правило, в общественном сознании утвердился такой штамп: маленькие и мирные европейские страны стали жертвой агрессии большой и злобной фашистской Германии, вследствие чего это сознание, как правило, целиком сопереживает «жертвам фашистской агрессии». Но не является ли это упрощением действительности? Если взглянуть пристально, то от образа «невинных овечек» не останется и следа. Более того, мы увидим, что практически все европейские страны, подвергшиеся нападению Германии и ее союзников, были такими же империалистическими государствами, правящая элита которых проводила политику колониальных грабежей и захватов. Разве что масштабы были не столь «впечатляющими», как впоследствии у Гитлера.

Приведем лишь некоторые примеры, ставшие, впрочем, уже хрестоматийными. Небольшие по площади Нидерланды владели огромной колониальной империей, т.н. Голландской Ост-Индией (современная Индонезия), в десятки раз по площади и численности населения превосходившими метрополию. Были у нидерландцев колонии и в Америке. Маленькая Бельгия в конце XIX столетия захватила огромные земли в Центральной Африке (т.н. Бельгийское Конго), а в результате Первой Мировой войны приняла участие в разделе германских колониальных владений в Африке. При этом и голландцы, и бельгийцы «прославились» чудовищными жертвами в ходе завоевания этих земель, а также жестоким колониальным режимом и почти ничем не прикрытым грабежом «своих» владений, жертвами которого стали миллионы людей. Огнем и мечом (вернее, пушками и пулеметами)  продолжали они удерживать в подчинении свои колонии и накануне Второй Мировой войны, ревностно оберегая свою «собственность», приносившую правящей элите баснословные доходы.

Небольшая Дания удерживала в подчинении Исландию (в форме личной унии), а также Фарерские острова и Гренландию (населенную в основном эскимосами). В Чехословакии политическая и в значительной степени экономическая власть была сосредоточена в руках чешской буржуазии, которая господствовала над словацким, украинским, русинским национальными меньшинствами. Более того, территория Словакии и Закарпатской Украины (Подкарпатской Руси) фактически рассматривались в качестве «внутренней колонии», аграрно-сырьевого придатка для промышленно-развитых Чехии и Моравии.

Возникшая в 1918 г. на обломках Германской, Австро-Венгерской и Российской империй Польша сразу же приступила к империалистическим захватам, в ходе которых в состав II Речи Посполитой насильственным путем оказались включены Западная Белоруссия, Западная Украина (Галиция и часть Волыни), Срединная Литва (Виленский край). В 1938 г. в ходе раздела Чехословакии была захвачена Тешинская Силезия, расположенная в междуречье Вислы и Одры.

Королевская Югославия, также образовавшаяся после Первой Мировой войны, представляла собой авторитарное унитарное государство, власть в котором принадлежала сербскому королевскому дому Карагеоргиевичей, осуществлявшему великосербскую политику и подавлявшему национальные движения национальных и религиозных меньшинств. Так, Македония, Босния и Герцеговина, Черногория не имели никакой автономии, был взят курс на принудительную «сербизацию» этих земель, а македонцы, черногорцы и боснийцы объявлены сербами. Словенцы и хорваты (напомним, что первоначально Югославия носила название «Королевство сербов, хорватов и словенцев) оказались на положении неравноправных, младших партнеров, а после монархического государственного переворота 1929 г. все следы их автономии были упразднены.

Таким образом, при ближайшем рассмотрении выясняется, что большие и малые европейские государства, воевавшие против стран Оси, представляли собой типичные империалистические государства, проводившие политику колониального и национального порабощения покоренных народов. Английская, французская, голландская, датская, польская, бельгийская, сербская и т.п. элиты, урвавшие те или иные куски после Первой Мировой войны (естественно, более сильные хищники урвали куски побогаче и пожирнее) были заинтересованы лишь в одном – в сохранении своих захватов, в удержании порабощенных народов (и трудящихся своей национальности, естественно) под полным контролем.

Карта Европы после Первой Мировой войны

Как и в годы Первой Мировой войны одни хищники хотели удержать свои приобретения, другие же, полагая себя «обделенными», готовились к переделу мира. Главный водораздел противостояния, как и в 1914 г., вновь шел между Германией с одной стороны, и англо-французским блоком с другой. Правда, к нему добавилось новое, столь же острое соперничество империалистической Японии с бывшими державами Антанты за господство в Тихоокеанском регионе. США точно так же до поры до времени выжидали. Мелкие же империалистические хищники неизбежно прибивались к крупным.

Правда, необходимо было идеологическое обоснование неизбежной войны за передел мира. Опыт Первой Мировой и последовавших за ней революционных потрясений показал, что трудящиеся массы далеко не всегда готовы класть головы на полях сражений во имя интересов «своей буржуазии» и «своего правящего класса». Нужна была мощнейшая идеологическая обработка масс в соответствующем ключе, поэтому пропагандистские службы обеих военно-политических блоков работали не покладая рук, формируя образ врага и мотивируя рабочих и крестьян убивать друг друга.

Ну а что же Советский Союз? Я думаю, среди людей, которые не на словах только причисляют себя к марксистам, сомнений относительно природы советского государства в канун Второй Мировой войны нет. Можно по-разному характеризовать социально-экономический и политический режим, установившийся в СССР к концу 1930-х гг., но очевидно одно – правящая бюрократия СССР шла семимильными шагами к реставрации капитализма. Вся полнота государственной власти была сконцентрирована в руках довольно узкого слоя партийной номенклатуры, назначавшейся на свои посты вышестоящим начальством и ответственной только перед ним. Выборы стали фикцией, Советы – бутафорским прикрытием диктатуры. Трудящиеся были отстранены не только от власти, но и от собственности, которой также распоряжалась бюрократия.

Лозунги «Земля – крестьянам, фабрики и заводы – рабочим, нациям – право на самоопределение» были лишены какого-либо смысла. Был предан забвению и важнейший пункт первого декрета Советской власти – отказ от тайных договоров. Секретные договоренности советского и германского руководства в 1939 г. – яркий и наглядный пример «тайной дипломатии», вершимой за спиной масс. О Мировой революции уже давно не помышляли, а Коминтерн и зарубежные коммунистические партии были превращены (путем неоднократных «партийных чисток» и физических расправ с теми коммунистами, кто имел мнение, отличное от мнения советской партийной бюрократии)  в средство продвижения советской элитой своих интересов на мировой арене.

Фактически СССР проводил в 1939-1941 гг. столь же империалистическую политику, как и прочие «мировые великие державы», используя марксистские, социалистические и национально-освободительные лозунги в качестве «идеологического прикрытия» своих захватнических акций в Восточной Европе.

Таким образом, по моему мнению, Вторая Мировая война носила империалистический, захватнический характер как со стороны Германии и её союзников, так и со стороны стран антигитлеровской коалиции, а защита остатков завоеваний Октября в СССР никакого отношения к «защите отечества» не имела. Правящие классы «великих держав» (Германия, Италия, Япония, США, Великобритания, Франция, СССР) и присоединившиеся к ним сателлиты преследовали своекорыстные интересы. Война завершилась очередным переделом мира, военно-политическим разгромом стран Оси, значительным ослаблением Великобритании и Франции и усилением США и СССР, включившим  огромные регионы мира в свою «сферу влияния» (Советский Союз, кроме того, сумел и непосредственно расширить свою территорию за счет соседних государств).

Что же касается народных масс, то в значительной степени они так и не выступили в 1939-1945 гг. в качестве отдельной силы. Правящие круги сохраняли контроль как на фронтом, так и над тылом, а также и над большей частью «своих» партизанских отрядов, действовавших на временно оккупированной территории. Правда, в Югославии и Албании, оккупированных странами Оси, руководство Движением Сопротивления оказалось в руках коммунистов, которые сумели оттеснить и разгромить монархические формирования, а затем при некоторой поддержки Коалиции нанести поражение немецким оккупантам. Поэтому югославские и албанские события можно в некоторой степени рассматривать в качестве политической и социальной революции. Однако политический и социально-экономический режим, установившийся в Албании и Югославии (а также в занятых РККА государствах Восточной Европы) после войны, не имел к социализму никакого отношения.

На пороге революции оказалась и Греция, где к 1944 г. абсолютное доминирование в Движении Сопротивления перешло к Национально-освободительному фронту Греции, руководимому коммунистами и представлявшему собой союз левых партий, монархические же организации были в значительной степени подавлены. Однако интервенция британских войск (последовавшая уже после того, как немецкие войска оставили большую часть Греции) привела к реставрации монархии, а Греческая революция была потоплена в крови.

Определенные, так и не реализованные возможности были у итальянских и французских коммунистов, которые в ходе борьбы с немецкими оккупантами смогли заручиться поддержкой значительной части трудящихся и создать многочисленные вооруженные формирования, контролировавшие обширные районы этих стран. Вообще, влияние коммунистических партий выросло в Европе повсеместно. Однако руководство западноевропейских компартий, всецело ориентировавшееся на Москву, отказалось от борьбы за власть, более того, коммунисты в 1944-1945 гг. пошли на заключение соглашения с буржуазными политическими партиями и в итоге вошли в состав буржуазных правительств в Норвегии, Дании, Франции, Италии, Бельгии. Т.е. по сути, повторили путь социал-демократических партий, которые в годы Первой Мировой войны и межвоенный период пошли «в услужение» к «своей буржуазии», входя в коалиционные правительства с консерваторами и либералами.

Закончилось это предсказуемо: в 1947 г. коммунисты из буржуазных правительств были изгнаны. Правда, обстановка на Западе уже стабилизировалась, а американские войска прочно обосновались в Европе…

Впрочем, справедливости ради стоит отметить, что эти коммунистические партии были сталинистскими в своей основе, безоговорочно поддерживая  сталинский режим. Поэтому если бы им и удалось прийти к власти (например, в Греции или Италии), то в этих странах была бы установлена такая же модель («государственно-капиталистическая», «суперэтатистская»), как и в Восточной Европе, оказавшейся в советской сфере влияния, т.е. не имеющая к социализму никакого отношения.

Ну и напоследок о подвиге. Как я уже упоминал в начале статьи, при анализе Второй Мировой войны люди зачастую руководствуются эмоциями. Их можно понять: война страшным смерчем прошлась практически по каждой семье… Поэтому, охарактеризовав Вторую Мировую как войну империалистическую, захватническую я рискую навлечь на себя обвинение в «очернении подвига» советских (английских, американских, польских, бразильских и т.д.) солдат, ценой своей жизни разгромивших фашизм.

Что здесь можно ответить? Прежде всего, пожелать по истечении 73 лет руководствоваться не эмоциями, а фактами. Антигитлеровская коалиция одержала победу, и Советский Союз сыграл в ней очень большую роль – это исторический факт, который отрицать глупо. Глупо отрицать и тот факт, что миллионы советских солдат проявляли на фронте чудеса героизма. Это правда, но не вся правда.  Героизм проявляли и многие солдаты противника – немцы, японцы, финны, венгры и отрицать это – глупо. Героизм проявляли и многие русские солдаты в ходе агрессивных, захватнических войн на Кавказе и в Средней Азии в XIX в., в ходе подавления Венгерской революции в 1849 г., Китайской в 1900 г. и Иранской в 1911-м. Факты, как говорится, задокументированы. Героизм проявляли и солдаты, оборонявшие Оренбург в 1773 г. от войск Пугачева, и гарнизон Симбирска в 1670 г., отбивший все атаки повстанцев Степана Разина. Героизм проявляли и многие русские князья и дружинники в ходе бесконечных феодальных усобиц в XI – XV вв.

Так что же, мы должны слепо прославлять любые факты героизма исходя лишь из этнического признака людей, его совершавших? В таком случае и впрямь можно устраивать парады, марши и шествия в годовщины любых побед русского (американского, китайского, британского, испанского и т.п.) оружия. Очевидно, что это – полный абсурд. Более того, здесь есть прямая угроза скатиться в болото самого низкопробного шовинизма.

Вопрос заключается в том, а кто в конечном итоге воспользовался этим подвигом, кто воспользовался Победой, добытой ценой десятков миллионов жизней? И здесь мы должны дать честный и прямой ответ: правящий класс государств-победителей, прежде всего, правящий класс США и СССР. Правящие классы (и управляемые ими народы) стран Оси потерпели поражение. Народы стран Антигитлеровской коалиции добыли победу. Воспользовались ею правящие классы, представители которых в Ялте и Потсдаме в 1945 г. зафиксировали послевоенный раздел мира. Если сладость победы досталась правящим классам стран победительниц, то горечь поражения разделили трудящиеся все стран участниц войны. Именно  в этом и заключался главный итог Второй Мировой империалистической войны.

Другие записи из рубрики...

Добавить комментарий

Войти с помощью: 
Подробнее:
Южная Корея: 45 тыс. рабочих Hyundai Motors и Kia готовятся к забастовке

В Южной Корее работники автомобильных концернов Hyundai Motors и Kia проголосовали за проведение забастовки, целью которой является повышение зарплаты, сообщает агентство Bloomberg. Идея забастовки была поддержана большинством голосов. «Мы не хотим бастовать. Однако компания...

Закрыть