«Плохая мать» — хороший потребитель? | Леворадикал

«Плохая мать» — хороший потребитель?

Статья писательницы Лилит Мазикиной посвящена выгоде для капиталистов в культивировании чувства вины и сверхответственности за судьбу детей в женщинах-наёмных работницах.

Капитализм — штука, которую нельзя назвать строго антипрогрессивной в отношении женщины. Капитализму выгодно, чтобы женщины работали и были экономически самостоятельны, хотя и по другим причинам, чем это выгодно для общества.

Однако именно капитализм ввёл строгое и утрированное разделение товаров общего пользования на мужские и женские, для мальчиков и для девочек. Это отдельная тема, и она рассматривалась не раз — в чём выгоды производителей и как подобное разделение поддерживает патриархат.

Гораздо реже мы рассматриваем тему ещё одного аспекта жизни женщины, усиленно эксплуатируемой капитализмом.

Я не говорю о том, что далеко не все продукты, представленные на рынке как облегчающие быт матери маленького ребёнка, действительно хоть сколь-нибудь заметно улучшают её жизнь. Я хочу поговорить о том, как капитализм помогает поддерживать постоянное отравляющее чувство вины в матерях, то самое чувство, которое помогает патриархату контролировать женщину и истощать её ресурсы… Капитализму оно необходимо, конечно же, для получения финансовой выгоды.

“Плохая” мать покупает игрушки ребёнку, чтобы извиниться за необходимость работать

В России, странах бывшего СССР и Европе большинству матерей приходится работать вне зависимости от желания, без возможности выбрать вместо этого учёбу и творчество или подождать более желаемой вакансии. Во-первых, иначе семья не выживет, во-вторых, в семьях без отца (а их очень много) мать является единственным или главным добытчиком. Притом она по-прежнему должна быть Идеальной Матерью, всю себя отдающей ребёнку, откликающейся на каждый его зов. Очевидно, это невозможно, и женщина испытывает постоянную отравляющую её вину.

Чтобы хоть немного компенсировать то, что она, верно или нет, считает недостатком материнского внимания, женщина старается одаривать ребёнка, покупая ему игрушку за игрушкой.

Чтобы не чувствовать себя плохой, мать покупает развивающие игрушки

Не каждая мать способна проявлять чудеса педагогического таланта или оплачивать дорогие курсы для маленьких Моцартов. В то же время, требования к дошкольнику искусственно завышены настолько, что, если ребёнок не умудрился проявить ни одного таланта и не осваивает школьную программу заранее, его мать клеймится как плохая, равнодушная, оглупляющая собственного ребёнка.

В попытке избежать обвинений женщина начинает скупать игрушки, маркируемые как “развивающие”, в куда больших количествах, чем действительно требуется её ребёнку. Это также даёт ей индульгенцию. Если ребёнок не проявляет никаких особых талантов из специального стандартного списка (быстрое чтение, рисование, музицирование, сочинение стихов или рассказов, математические подсчёты), она может вздохнуть: столько “развивалок” ему покупала, создала все условия, но увы…

Мать покупает ребёнку статусные вещи во имя “социализации”

С одной стороны, планка на минимальный нормальный набор вещей, необходимых для принятия детьми в круг сверстников как своего, постоянно искусно и искусственно раздувается: это и гаджеты, и тематические игрушки, и спортивный инвентарь, и сладости, и даже определённые предметы одежды и обуви. Дети легко привыкают к мысли, что, например, смартфон, самокат, шоколадка каждый день с собой и шапка с волчьими ушками — тот минимум, без которого жить ненормально. Им не приходят в голову соображения целесообразности каких-либо трат именно в данный момент времени в данных обстоятельствах.

С другой стороны, матерей постоянно запугивают особыми сложностями в социализации детей. По сути естественный процесс сейчас представляется как особенно сложный, требующий много усилий и постоянных материальных вливаний. Но даже если женщина сумеет преодолеть подобные установки, она окажется бессильна перед бунтом или слезами ребёнка, которому труднее относиться к ценностям детского сообщества и рекламным посылам критично. Конечно, помогают доверительные отношения с ребёнком и поиск более подходящего этой семье круга общения, но системной проблемы сама возможность найти решение не отменяет никак.

Мать покупает ребёнку сладости, чтобы не быть “нелюбящей”

Реклама детских сладостей позиционирует их как способ выражать любовь. Фактически, за пару поколений сформирован новый всеобщий язык любви, понятный детям и их родителям. Если мама купила ребёнку шоколадное яйцо, она его любит.

Такой язык любви капиталу очень выгоден, поскольку стимулирует женщин покупать сладости чаще. В то же время, он подменяет более здоровые способы выражать родительскую любовь (а дети, соответственно, вырастают в людей, с трудом понимающих другие, менее знакомые выражения любви и заботы).

Особенно токсичным выглядит предлагаемый капитализмом язык любви в свете того факта, что в России и так большие проблемы со здоровыми отношениями в семье, которые необходимо решать полноценно. Новый язык любви — способ поставить пластырь на рану, закрывая её, но не исцеляя.

Женщина, истощённая постоянной погоней от клейма “плохой матери” — некритичная покупательница

Требования к женщинам с детьми так высоки, что попытаться достичь их возможно только ценой постоянной жертвы собой, необходимым на восстановление временем, своим здоровьем. Ты должна быть хорошей работницей, отличной домохозяйкой (и это теперь строго привязано к материнству), постоянно опекающей и занимающей ребёнка матерью.

Истощённый, недосыпающий, неуверенный в себе, тревожный человек — это человек с очень сниженным критическим мышлением, легко запугиваемый и легко ведущийся на манипуляции. Такое состояние у граждан и гражданок выгодно не только политически, но и экономически. Человек без критического мышления доверяет советам с “простыми решениями”, продвигаемым ценностям, устанавливаемым планкам потребления. Это и делает возможной работу описанных выше схем, держащих капитализм на ходу.

Другие записи из рубрики...

Добавить комментарий

Войти с помощью: 
Подробнее:
Иуда. Из истории одной революции

Они думали, что с нами покончено, что они победили. Но мы вернулись. Мы снова на свободе. И теперь все будет иначе. Теперь все изменится. Теперь у нас есть преимущество — есть союзник, с которым...

Закрыть