Онкология: внутри больницы | Леворадикал

Онкология: внутри больницы

ракТружусь врачом в одной из российских государственных лечучреждений. Расскажу, что происходит в нашей больнице.

1) Идёт фактическое снижение зарплат с конца 2014 года. У нас, как и во многих бюджетных организациях, основная часть зарплаты премиальная. Премиальную выплату за один год плавно опустили с 200% от оклада до 110%. Моя зарплата упала ~ на 4000 руб.

2) Не оплачиваются переработки, замещения на время отпуска и премии. Причина одна — «в больнице нет денег». Фактически никто не работает на ставку- стационарные врачи ведут амбулаторный прием, абсолютно бесплатно. То есть одна ставка врача радиолога предполагает 10 пациентов. Еще 11-12 дают амбулаторно. На время отпуска другого врача оставшийся врач ведет около 30 пациентов. За ту же зарплату.

3) При этом есть свободные ставки. У нас в диагостическом кабинете работает один лаборант из четырёх положенных, получает 30% оклада за переработку (1500 руб). При этом официально свободных ставок нет. При форсмажорных обстоятельствах обязанности лаборанта выполняет врач. Бесплатно. Что говорит начальство? «Работа не тяжелая, не надорвётесь».

4) Беременную сотрудницу сначала заставляли написать заявление о переводе на другую должность (с рентгенлаборанта на постовую медсестру). Прерывается стаж по вредности, рабочий день увеличивается на 2 часа. Женщина пригрозила трудовой комиссией, ей разрешили написать заявление на легкий труд. Но снизили премиальную часть зарплаты на 30%. «Какая премия на легком труде?» Женщина в своем положении просто не стала ругаться: вся эта ситуация длилась больше месяца и отразилась на ее здоровье. Были и прямые угрозы со стороны начальства: декрет-то кончится, и мы устроим тебе веселую жизнь.

Работники не протестуют, ибо бесполезно. ни заведующая, и главврач их интересы не защищают. В учреждении есть профсоюз, но он толком не работает.

Пациенты: отделение на 100 койко-мест. Есть 30 раскладушек, которые в докризисное время ставили в коридоре, увеличивая вместимость на треть. Но теперь страховая не оплачивает «лишние» места. Среднее время очереди в отделение- 1 месяц, очереди на обследования, в т. ч. высокотехнологичные, до трёх месяцев. А это онкологические пациенты. Через месяц Т1 может стать Т3. Еще есть койко-дни. Это время, проведенное в стационаре для определенной нозологии. Все «лишние» койко-дни (а ситуации разные, на лучевой терапии пациент стер метки, например — приходится делать перерасчет) не оплачиваются. Один койко-день (пациенты недообследованные, т.к. очередь 3 мес. либо платно, обследуются в стационаре — иногда обнаруживаются осложнения/противопоказания к терапии) не оплачивается.

В радиологии вообще нет наркотических анальгетиков. Потому что не условий хранения. Поэтому внутриполостные укладки (например, гинекологические) обезболиваются капсикамом. Наркотики только у реанимации. Реанимация в соседнем корпусе.

Регулярные сбои в поставках химиопрепаратов и препаратов для внутривенного контрастирования. При этом покупать пациенту в условиях стационара лекарства категорически нельзя — за это больницу штрафуют. Но за неназначение необходимых препаратов врача также штрафуют. По идее если нужных лекарств нет, пациент должен дождаться их поставки. Или капать то, что есть. А если учесть, что химиотерапию капают по схемам-комбинациям лекарств и со строго определенными промежутками, пациенты чаще их покупают. И не жалуются — жить хотят. Но и врачи тут не виноваты — лекарств просто нет. Но если пациент придет с чеком в страховую, лекарство оплатит врач из своей зарплаты…

За невыполнение плана по пациентам — штраф от страховой. За перевыполнение — штраф. В отделении должно быть ровно 100 пациентов (хотя+- 5 больница компенсирует сама).

В одно время в отделении из девяти часто используемых химиопрепаратов в наличии было всего три (один из них преднизолон).

Раньше пациенту можно было провести терапию сопутствующих заболеваний. Теперь за назначение непрофильных лекарств штрафуют. То есть если у онкологического больного пневмония, кандидоз или аритмия — его выписывают по месту жительства лечить соответствующие патологии. Лечение прерывается. Потом он госпитализируется повторно (повторные анализы, очередь на комиссию, очередь на госпитализацию). А болезнь за это время часто прогрессирует.

Коллеги-рентгенологи говорят о перебоях в поставках рентгеноконтрастных веществ. Это либо увеличивает очередь на исследование, либо пациент сам его покупает (бесплатный рентгеноконтраст достаётся лишь «блатным» пациентам)… Либо на свой страх и риск рентгенолог смотрит без контраста. Чем это грозит? Для брюшной полости во многих случаях неинформативно, есть риск пропустить патологию со всеми вытекающими. Вопросы к врачам в стиле «а почему вы не назначили контраст?» уже были. Но, так как его нет, то и назначать нечего, а покупать стационарным больным его запрещено!

А вообще начальство работает «на выписку»- койко-оборот увеличивается, освобождаются места, движется очередь.

В отделении существуют «платные услуги». Но вся оплата по этим услугам остается на счету больницы и отделения, но никак не осуществляющего их врача/лаборанта/медсестры.

Ах да, самое интересное: у нас нет понятия двух ставок: руководство платит % от оклада за расширенный объем. То есть на одну ставку врач получает 23 тыс., а на полторы- 26, на две- 29. Вот такая занимательная экономия.

Перед выборами 2012 года больнице объявили дежурный день (хотя приказа никто не видел). Весь персонал собрали и под угрозой лишения премии заставили написать открепительные для голосования в больнице. Скорее всего, никакого приказа на самом деле не было, так как «дежурный день» никак не оплачивался. За него обещали отгул. Который тоже не предоставили. В день Х мы голосовали с переносной урной. Без камер и наблюдателей. После выборов всех отпустили домой. В следующем месяце всем выплатили просто аховую премию — 15000 рублей (таких премий не было никогда). А после нового года в течении 5 месяцев вычитали по 5 тыс. с зарплаты (при переходе с федеральной программы на региональную денег не хватило). После жалобы президенту (уж не знаю, кто пожаловался) зарплату восстановили.

Коллеги из соседнего стационара говорили, что им нужно было фотографировать бюллетень с правильным голосом.

Также мы добровольно-принудительно ходим на митинги: первомай (это ладно), крымнаш, антимайдан. По 3 человека с отделения. За отгулы. Можно и отказаться, нужны лишь 3 человека, не важно кто. Один не сможет — попросят другого. Но чтобы совсем никто не пошел — нельзя.

И, возвращаясь к больным, — от момента обращения онкобольного до госпитализации в радиологическое отделение проходит в среднем 2 месяца. в хирургическое- 2-3 месяца. Потому что везде очереди, а по новой системе обследование для плановой госпитализации производится амбулаторно. Так что мало поставить диагноз, надо еще успеть на лечение…

 

Другие записи из рубрики...

Добавить комментарий

Войти с помощью: 
Подробнее:
Мурманский депутат отдаст квартиру гражданину РФ

Депутат мурманского горсовета Сергей Габриелян верен генеральной линии партии. Несмотря на то, что официальная пропаганда замолчала о "нацпроектах", Габриелян продолжает выполнять нацпроект "доступное жильё". Хотя в почтенном обществе не принято вспоминать о старых обещаниях...

Закрыть