Кому принадлежат «народные республики»? | Леворадикал

Кому принадлежат «народные республики»?

http://photo.unian.net

Украинская мясорубка заработала с новой силой. Естественно, не отстают от нее и пропагандистские машины по обе стороны фронта. Собственно, даже во время перемирия они не останавливались ни на минуту, ввергнув обывателя в состояние истерической паники. Но истина лежит не «посередине»; как правило, ее приходится искать совсем в другой плоскости. И в этот момент как никогда нужен трезвый голос слева, свободный от предрассудков, фобий и ложных стереотипов. Однако… если бы психозу поддался только обыватель — полбеды. Беда в том, что левые тоже кричат на разные голоса, и часть этих голосов вполне стройно подпевает боевым маршам кремлевского агитпропа.

Говорить, будто украинские события «раскололи» левое движение, опрометчиво — вряд ли можно расколоть то, что и так разбито вдребезги. Однако правда: реакция некоторых активистов и организаций на украинский кризис оказалась весьма непредсказуемой. Причина печальна, но естественна. Российское левое движение существует в условиях абстракции, вне повседневной массовой практики борьбы классов. Демаркационные линии проложены только в умах и на бумаге. Поэтому реакция на любые раздражители носит зачастую идеалистический, в философском смысле, характер — то есть, исходит не из материальной практики, а из умозрительных посылок. Непредсказуемая реальность удивительным образом перетасовывает карты и способна в одночасье превратить ультрарадикала в оппортуниста, а интернационалиста — в патриота.

Вот уже год, как многие левые (еще вчера полагавшие себя левее стенки) почти буквально вторят проповедям Лаврова-Чуркина о «киевской хунте» и «народных республиках», как будто черпают информацию исключительно из новостных сюжетов Первого канала. Завершенное и относительно свежее выражение эта тенденция получила, например, в статье некоего Петра Михайленко «Перспективы народных республик», которая впервые появилась на сайте Международной марксистской тенденции, а затем была перепечатана некоторыми русскоязычными левыми ресурсами. Автор пытается натянуть упрощенную марксистскую схему на украинские события, завершая текст пафосным призывом:

«Как революционеры, не можем занимать нейтральную позицию в этой борьбе. Мы не можем этим силам, как в Донбассе, так и на остальной Украине погибнуть, как будто их никогда и не было. Мы должны поддерживать их, как только можем. В период, когда капитализм переходит из одного кризиса в другой — и каждый следующий кризис еще сильнее прежнего — будущее принадлежит именно таким движениям сопротивления».

Обосновывая такой вывод, Михайленко, точно заклинание, повторяет: «движение Анти-Майдана определенно является движением рабочего класса… Базой восстания на Донбассе стали в основном рабочие…» Приятно простая схема: рабочие против буржуев — революционный плакат, да и только! К сожалению, заклятья не помогают изгнать демонов скепсиса.

Беда в том, что пролетарский элемент антимайдановского движения до сих пор никак себя не проявил. Само собой, наивно ждать, что трудящиеся сразу войдут в политику во всеоружии марксистской теории, свободными от вчерашних иллюзий и предрассудков. Однако рабочее движение — то, где у пролетариата есть самостоятельные классовые интересы, которые он пусть не артикулирует сознательно (поначалу), но во всяком случае стихийно действует в соответствии с ними, и в ходе этой практики приходит в конфликт с враждебными социальными силами, действуя как независимый актор. Имеются ли признаки такой самостоятельности на Юго-востоке Украины?

С самого начала правящие элиты Юго-востока, аффилированные с режимом Януковича, имели куда более конкретный материальный интерес выступить против новой киевской власти. Марксисты не раз говорили: смена у власти буржуазных групп не меняет положения угнетенных. А вот для самих этих групп такая смена означает вполне конкретный передел собственности, и ради защиты своих прибылей они вполне готовы воззвать к массам, не чураясь любой демагогии. Наверное, всякому очевидно, что оппозиционная буржуазия Украины поддержала Майдан (в отличие от рядовых демонстрантов, умиравших на улицах Киева) не ради любви к свободе — она жаждала власти и денег, присвоенных правящей кликой. Когда Янукович бежал в Россию, бенефициары прежнего режима (которые преобладали в вотчине Партии регионов) поняли: дело пахнет керосином. Надо было спасать «нажитые непосильным трудом» капиталы, к которым уже тянулись загребущие руки победителей.

Подпишитесь на нас в telegram

Сил и средств они не жалели. Экс-губернатор ЛНР Павел Губарев в одном из интервью проболтался о зарождении антимайданного движения: «Оказалось, что две трети из активистов уже на содержании олигарха Ахметова. Очень небольшая группа лиц сохраняла верность идее, но при этом всё равно брала деньги. Деньги брали все!» Массы Юго-востока, безусловно, не доверяли новой власти и не ждали от нее ничего хорошего (как, собственно, и от старой). Но разве вышли бы они на улицы под лозунгом «Спасем капиталы Ахметова»? Смешно и говорить. Поэтому элите пришлось мириться с формой подъема — защитой памятников Ленину — раз уж содержание было для нее вполне безопасным.

Сдается, что реакция антимайдановских левых на эти события была продиктована условным рефлексом, как у аквариумных рыбок или хвостатых жертв академика Павлова — отзыв на привычные маркеры. Зазвонил звоночек — у зверюшки потекла слюна. Мелькнул красный флаг — «марксист» написал статью о «пролетарском подъеме». Слов нет, краснознаменная толпа у ленинского монумента — зрелище куда более отрадное чем Тимошенко в инвалидном кресле на трибуне Майдана. Однако, прежде чем умиляться, стоило припомнить важнейший момент: политический смысл коммунистической символики в массовом сознании постсоветских стран. Ведь здесь это символ не только революции, но и сильного государства. Западные компартии тоже входили в правительства, шли на сговор с буржуазией, не раз предавали революции — однако они никогда не становились государствообразующей силой. Поэтому консервативные, этатистские силы никогда не ассоциировали себя с левыми символами. На постсоветском пространстве же сложилась парадоксальная ситуация: во время термидора политический геноцид сталинизма истребил традицию интернационалистского марксизма, но сохранил «краснознаменную» обрядность. В итоге коммунистическая символика стала маркером «павшей империи», государственного величия — и, следовательно, приемлемым облачением державников, которые в массе своей не задумываются о социально-экономической структуре утраченной «великой державы». Потому-то советская символика так легко уживается в Новороссии с черносотенным православием, антисемитизмом и русским национализмом — такая безумная смесь характерна для постсоветского правого консерватизма.

Всё это общеизвестные истины, но печально, что приходится напоминать: красные флаги и защита памятников Ленину не обязательно связаны с классовой борьбой. Разумеется, «не обязательно» ни в коем случае не значит, что они с ней вовсе не связаны. Классовый элемент не определял характер движения, но, вероятно, там поначалу присутствовал. Легко судить задним числом, но у нас нет ни машины времени, ни магического кристалла — и потому весной 2014 года было вполне возможно допустить вероятность того, что протест Юго-Востока действительно пойдет влево. И, конечно, при таком допущении, левым следовало в нем участвовать. Однако события развивались по наихудшему сценарию. Вскорости выяснилось, что добиваться каких бы то ни было успехов на поприще антимайдана левым (в первую очередь, «Боротьбе») удавалось только тогда, когда они скрывали классовую позицию, мимикрировали под общеупотребительные антикиевские/федералистские настроения, причем — пикантно! — не только в риторике, но и в символике, которая будто бы свидетельствовала о «социалистическом» духе антимайдана. Трудно найти более точную иллюстрацию этой линии, чем предвыборные плакаты Албу, где красный цвет плавно сливается с черно-оранжевым «колорадским» рисунком.

Конечно, это не более, чем эстетика. Но и речь пока идет только об эстетике. Левые сторонники «Новороссии» генерируют мегабайты текстов о «символическом смысле» и «исторической памяти», однако не берутся объяснять, почему эти идеальные конструкты никак, хоть тресни, не желают воплощаться в реальную политическую практику. Поэтому им приходится постулировать пролетарскую составляющую на пустом месте, основываясь исключительно на импликации: если Юго-восток Украины — рабочий регион, то и его политическое самовыражение должно быть классовым. Жаль, что опять приходится твердить азы политграмоты, но не всякое движение с физическим участием рабочих суть рабочее движение. В противном случае пришлось бы признать таковым и Партию регионов, коли уж за нее голосовали в пролетарском Донецке и Луганске.

Да, Юго-Восток — регион более индустриализованный, и процент пролетариата там выше чем в среднем по Украине. Само собой, некоторые рабочие участвовали в антимайдановском двжении и (особенно в условиях военной разрухи) вступали в ополчение, которое, правда, давно уже превратилось в наемную армию. Газеты Новоросии регулярно публикуют объявления с призывами служить в силовых структурах… по контракту, обещая «стабильное высокое денежное довольствие». Что ж: времена, когда правящий класс самолично защищал себя копьем и мечом, давно прошли. В наши дни любая буржуазная армия состоит по большинству из детей рабочих, но это не делает ее пролетарской армией.

Стоит признать, что на остальной территории Украины рабочий класс действует куда более независимо, пусть и через реформистские профсоюзы. Только сегодня, 29 января, пришло известие об очередных шахтерских протестах в Киеве, сопровождавшихся уличными стычками. Впрочем, едва ли возможно более убедительное свидетельство, чем признание бывшего воеводы ДНР Гиркина-Стрелкова: «Мне, еще находясь в Крыму, приходилось слушать рассказы о том, что когда шахтеры встанут, они всех порвут голыми руками. Что ж, может быть, когда-то так оно и было. Пока же этого не наблюдается. Десятки и сотни людей каждый день сражаются. Десятки тысяч и сотни тысяч спокойно наблюдают за всем этим по телевизору, потягивая пивко… Где те 27 тысяч добровольцев, о которых пишут журналисты? Не наблюдаю».

Здесь, разумеется, речь не только об ополчении. Тем более не наблюдается следов влияния рабочего класса в руководстве «народных республик». Даже на момент рождения верхушка новой власти почти целиком состояла из бывших бизнесменов и силовиков (почти о каждом Википедия сообщает: «предприниматель», занимался бизнесом»…) — отменные выразители интересов пролетариата!

Если бы на них давил снизу рабочий класс — было бы полбеды. Беда в том, что этого нет. Признаки хоть какой-то левизны в политике ДНР/ЛНР приходится выискивать с помощью электронного микроскопа. «Национализация», о которой в свое время заикнулись «новоросские» власти, на деле означала лишь переход украинской госсобственности в казну «народных республик»: никаких покушений на частные капиталы, что вы! Не брать же всерьез акции типа реквизиций частных машин на военные нужды — такой же «социализм», как и поборы любой разбойничьей шайки.

В конце лета — начале осени 2014 года Кремль, наконец, взял «новоросский» проект под жесткий политический контроль. Прежние властители (Болотов, Губарев, Стрелков, Бородай и другие) тихонько самоустранились (скорей всего, после соответствующих внушений со стороны кремлевских кураторов). Республики окончательно превратились в орудие российского импераилизма. Мы не знаем, какими подковерными интригами сопровождался этот процесс; нам важно другое — к этому моменту в ДНР/ЛНР уже не было и следов низовой инициативы масс, хотя бы даже абстрактно-демократической. Возможно ли представить, чтоб хоть полуживое революционное движение смирилось с такой перестановкой без единого писка протеста? Едва ли; а если юго-восточное население смирилось, то лишь по одной причине — оно не считало лидеров «народных республик» своими и не видело беды в их смене.

Сложней оказалось справиться с вооруженной до зубов вольницей самозваных атаманов разных ополченских «бригад». Тут дошло до настоящих боев с применением тяжелой военной техники. Забавно, что «новоросские» левые видят в этих разборках конфликт между правыми и «левыми» антимайдановцами. Так, например, в число левых включают казацкого атамана Павла Дремова. Дремов действительно яростно нападает на нынешнее руководство ЛНР: «Фсбшники разворовывают мою страну — каждый день, каждый божий день! Они вывозят отсюда миллионы! У меня есть единственная станция, которая не вывозит на Укропию уголь. Приходят фсбшники и говорят — «Пропустить!». Им в пакетах деньги привозят, и я это вижу, и я это знаю».

Большое спасибо ему за эти признания. Теперь мы чуть больше знаем о тайной кухне «народных республик». Однако левизна самого Дремова под большим вопросом. Он так раскрывает свою программу-максимум: «Хотят на Украине покупать? Пожалуйста. Вопрос другой – куда деваются деньги? По всем международным понятиям, должно быть министерство финансов, которое собирает налоги. (…) Да, я понимаю, что не в ближайший год или два, но в дальнейшем мы будем частью Российской Федерации».

Интервьюер ставит вполне классовую проблему: «По дороге к вам я заходила в магазин. Видела пожилого мужчину, который искал деньги на булку, но у него так и не хватило». — «И на каком основании я должен вскрыть чужой банк? — отвечает «левый атаман». — Если я сегодня открою этот банк, то завтра придет солдат и скажет — «Извини, но мне нужней». Он будет действовать по закону автомата… Нет! Этого не будет».

Здесь, пожалуй, единственное сходство Дремова с парижскими коммунарами: те, как известно, тоже отказались национализировать французский банк. Больше ничего общего.

То же касается и любимца антимайдановских левых, Алексея Мозгового, чьи обращения удачно комбинируют предельную решимость с редкой бессодержательностью — можно сказать, «новоросского Навального». Борьба с коррупцией, прозрачный бюджет, ответственная власть — вот и вся, вполне умеренная, программа «левых» атаманов. Если вдуматься, ведь и на Майдане выступали за то же самое, так уж стоило ли трупы наваливать… Только Мозговому с Дремовым стоило бы учесть, что даже за такие пустяки в Российской Федерации сейчас объявляют наймитом Госдепа и врагом народа. Да, вероятно, Мозговой — действительно, «самый левый» из новоросских атаманов. Но… это лишь прискорбно свидетельствует об общем политическом ландшафте Новороссии.

Ведь, казалось бы, где, как не в «пролетарских» республиках должны расцвести тысячи цветов революционной мысли. По крайней мере, все прежние революции — вплоть до венесуэльской — давали полную свободу любым направлениям, стоявшим за строительство нового общества, и применяли репрессии лишь к тем, кто боролся против революции с оружием в руках. В ДНР/ЛНР нет и следа такой свободы. Пресловутый Петр Михайленко в своем панегирике вынужден признать: «Компартия ДНР была первой из основанных в республике (8 октября). Тем не менее, под предлогом «неточности в поданных документах», ей не дали принять участие в выборах». И это умереннейшая партия, созданная на основе КПУ! Что говорить о более радикальных группах? Предельно показательна недавняя история с похищением активистов «Боротьбы», включая Алексея Албу, известного по одесским событиям всей Украине. Если бы левые идеи пользовались в Донецке хоть малейшим признанием — такого бы не произошло. Показательно и то как «боротьбисты» выручали похищенных товарищей — с помощью подковерных переговоров, по-быстрому свернув опрометчивую кампанию солидарности. Напомним: когда в прошлом году в Мексике гангстеры похитили студенческих активистов, это вызвало огромное и весьма радикальное студенческое движение, марши и митинги. Однако… то, что возможно в буржуазном государстве, оказалось немыслимо в «народной республике».

Одного этого сопоставления достаточно, чтобы развеять миф о «революционности» и «пролетарскости» ДНР/ЛНР. Лучше поддерживайте их со стороны, господа левые антимайдановцы: если слишком приблизишься — рискуешь угодить в подвал как «украинский диверсант», и тогда судьба твоя будет весьма незавидна… Вот такие они — «будущие движения сопротивления»…

Однако значит ли всё вышесказанное, что мы оправдываем пассивность? Неужто левым нужно умыть руки и стоять в стороне от украинского конфликта? Конечно, нет! Левые должны агитировать, объединять рабочих в классовой борьбе, строить организации, раскрывая, что ни одна из сторон конфликта не несет трудящимся ничего кроме угнетения, насилия и обмана, что война ведется за интересы двух империализмов, и только социалистическая революция может покончить с кошмаром, в который погружена Украина. Такому, и только такому сопротивлению действительно принадлежит будущее.

Пётр Гурков

Другие записи из рубрики...

4 комментария

  1. Это просто смешно, когда левачки плюются ядом в Новороссию, но при этом абсолютно игнорируют или даже пытаются приукрасить откровенно фашистские и предельно антикоммунистические идеи победившего «майдана», который с удовольствием перевешал их на соседних гилляках.
    А также совершенно игнорируют то, что, если пророссийские буржуи стремятся сохранить промышленность Юго-востока, то проамериканские и проевропейские эту промышленность готовы пустить под нож. И оставить рабочих Юго-востока без работы и без средств к существованию.
    Выбор рабочих очевиден.

    • Продемонстрируйте где коммунисты «абсолютно игнорируют или даже пытаются приукрасить откровенно фашистские и предельно антикоммунистические идеи победившего «майдана»». Вы болтун, каких теперь не мало.

  2. http://www.apn-spb.ru/opinions/article18211.htm

    «Я буду идти до конца! До достижения намеченной цели! До полной и безоговорочной победы, вольного и гордого Русского Славянского мира!!!»
    Упоенно громыхает штампом «русского мира», который чаще всего употребляется крайне правыми, шовинистическими российскими движениями как некая «ценность».
    Вот ваш «левый» Мозговой.

  3. Иван:

    А можно увидеть левых? Где есть партия, признающая диктатуру пролетариата до полного коммунизма? Где есть партия, работающая с промышленными, фабричной заводскими рабочими? Где есть партия, помогающая росту самосознания рабочих участием в борьбе за интересы рабочего класса -сохранение и расширение производства, увеличение заработной платы?
    ИМХО нет таких. Есть самоназванцы.

Добавить комментарий

Войти с помощью: 
Подробнее:
Сто лет «Делу Бейлиса» (1911-1913)

Посредством специальной операции, известной нам как "Дело Бейлиса", царизм надеялся убить двух зайцев: во-первых, взвалить "вину" за революцию на евреев и, таким образом, дать удовлетворение национальному чувству "истинно русских" людей: они-де неповинны в "преступном...

Закрыть